Цензура не спасает от гильотины

 

Отсутствие свободной прессы от революций не спасает. Наоборот, если невозможно высказаться, если остаются только кухня и самиздат – накопление недовольства происходит стихийно, но власть этого не ощущает или не может оценить масштабы явления. Она как бы говорит с зеркалом, которое не отражает реальность, а постоянно поддакивает – как зеркало лорда Фаркуада в «Шреке». Тем более что власть загнала в стойло не только журналистику, но и социологию – в итоге она видит только радостную картинку и слышит бесконечные славословия в свой адрес.

Говорят, император Николай II в 1916 году на предостережение о возможных волнениях сказал: «Мой народ любит меня!» Менее чем через год он уже был в Тобольске в ссылке, а через два года его расстреляли. Выяснилось, что он вовсе не понимал свой народ, и при этом предпочел с обществом не договариваться и принципиально не шел ни на какие реформы.

Если продолжать говорить о монархах, то Людовик XVI в день революции 14 июля 1789 года вообще написал в своем дневнике «rien», то есть «ничего интересного». Так же он писал и в предыдущие дни. Король, которому через 2,5 года предстояло сложить голову на гильотине, не понял, какого масштаба событие произошло. И он совершенно не понимал, что настойчивые требования перемен со стороны общества – это не каприз. И с ними надо считаться, если хочешь сохранить себя, свою семью и свою власть. Но король продолжал тратить деньги на замки для приближенных, ограничивал права парламента, и в итоге мы знаем, чем кончилась эта история. Хотя нет исторических доказательств, что именно Мария-Антуанетта сказала «если нет хлеба, пусть едят бриоши», однако эти слова довольно точно отразили мировоззрение тогдашней элиты. Очень похожее на настроения элиты путинской.

Карл Х в той же Франции накануне июльской революции зажал прессу донельзя и этим собственно революцию и спровоцировал.

Мораль сих исторических экскурсов не сложна: чтобы долго и стабильно править, элите, президентам, королям, генсекам нужно договариваться с обществом на справедливых условиях, а для этого постоянно иметь адекватную обратную связь. Свободная пресса – лучшее для этого средство. И наоборот – медиа, помещенные в клетку, выхолощенные и наполненные вместо журналистов хунвэйбинами и подхалимами – это настоящая подстава для режима, оставляющая его один на один с кривым зеркалом.

Наша власть громит прессу, зажимает общественников, делает себе карманных экспертов, зачищает политическое поле от любых людей, обладающих самостоятельным мышлением, принципиальностью, калечит людям души и потом удивляется: почему не удается решить ни одну государственную задачу, все институты деградируют, страна вошла в настоящий застой?

Системе нужен свежий воздух. Но на днях закрыли еще одну форточку – РБК. Режим расписался в слабости и де факто подтвердил правоту расследований этого издания. После Васильевой и Сердюкова это – очередная Пиррова победа системы: да, закрыт еще один рот, но выросла убежденность в нереформируемости режима, его принципиальной коррумпированности.

Такие моральные проигрыши необратимы. Они ослабляют все скрепы. Пока нет лидеров, партий или внешних факторов, способных демонтировать режим, он может жить. Но корни его подточены, риски для него растут с каждым днем.

 

 

Автор: Николай Миронов

Источник: Сноб.ру

In this article